Великий кутюрье, подаривший миру новый образ женщины — изящной и элегантной. Имя Диора — синоним парижской моды, а всё, созданное им, отмечено подлинным вкусом и поразительным предчувствием будущего. Кристиан Диор родился в семье солидного буржуа, владелец фабрики удобрений в Гранвиле, городе на северо-западе Франции. Он рано начал интересоваться модой, но мечтал стать художником. Отец, мечтавший видеть сына дипломатом, всё-таки потакал его увлечениям — финансировал маленькую картинную галерею в Париже, куда Кристиан отправился получать Образование бакалавра в школу политических наук.
Это были времена русских балетов, выставок аромат абстрактного искусства. Жизнь парижской богемы по сути и послужила настоящей «школой» для Диора.
В 1931 г. отец разорился, Молодому человеку пришлось самому зарабатывать на жизнь. Несколько лет он был внештатным иллюстратором в модных журналах, пока не получил постоянное место в журнале мол у Робера Пиге, который был членом Профсоюза высокой моды. Диор всю жизнь оставался благодарен ему за обучение «искусству отказа от ненужных деталей «. В 1939 г. началась война, Диора призвали в армию, по через год демобилизовали по состоянию здоровья. Он поехал к отцу и сестре, жившим на юге Франции, и занялся фермерством.
Но вскоре, в 1941 г., Диор вернулся в Париж и. поступил дизайнером к Люсьену Лелонгу. За несколько лет он привнёс очень много нового в стилистику Дома. Диору уже было под сорок, когда он, оглядевшись, понял, что его друзья давно добились успеха в жизни. Собрав силу и мужество, он начинает работать самостоятельно.
Его творчеством заинтересовался богатейший текстильный магнат Марсель Буссак. Особенно импонировало ему то, что на одежду будет требоваться огромное количество ткани. Лелонг всячески содействовал этому предприятию. Собственно, он-то и уговорил болезненно застенчивого
Кристиана воспользоваться финансовой поддержкой Буссака.
12 февраля 1947 г. Дом Диора представил первую коллекцию. Она произвела сенсацию практически во всём мире. Кэрмел Сноу, американская журналистка, пишущая о моде, дала коллекции наименование «нью-лук» {англ. new look — «новый взгляд», «новое направление»). Секрет успеха заключался в совершенно новом образе женщины, в корне отличном от моды 40-х гг.
Женщины, уставшие от тяжёлых времён войны, вновь желали быть женственными, изящными, тем. «слабым полом», которому нужно помогать садиться в такси и надевать пальто versace, не забывая потакать его прихотям. Кристиан Диор предложил модель с покатыми плечами, осиной талией и широкими юбками, на которые ухолило до 40 м ткани.
За короткий срок Диору удалось получить моральную и финансовую поддержку влиятельных лиц, отобрать и обучить манекенщиц, обновить интерьер Дома на улице Монтень. Он придумал необычную манеру показа: манекенщицы демонстрировали туалеты очень театрально и в быстром темпе. Каждая модель имела свой девиз. Кристиан Диор мечтал возродить роскошные наряды «прекрасной эпохи».
Его идеал, элегантный, не подвластный времени, воплощался в совершенно новом силуэте. Внутренняя конструкция модели, позволяющая ей даже на вешалке сохранять жёсткую форму, — тайна до сих пор.
В течение нескольких сезонов Диор совершил больше сделок, чем все остальные Дома. У него появилось 25 ателье, где работали 1600 человек, филиалы в Нью-Йорке и других крупных городах мира. Как только дела пошли в гору, он обеспечил служащих комфортом, питанием, социальным страхованием.
Внешне мягкий, даже робкий, Кристиан Диор обладал незаурядными деловыми качествами, прекрасно знал рынок, понимал ценность рекламы и, как мечтал его отец, стал хорошим дипломатом в своей сфере. Однако носить костюмы от Диора оказалось не так просто. Обычное платье вместе с нижними юбками весило около 4 кг, а некоторые вечерние туалеты — 30 кг!
Их не удавалось надеть без посторонней помощи, в них нельзя было танцевать. Так что нью-лук Диора можно назвать скорее взглядом в прошлое на фоне тех действительно новых идеалов, которые выработала мода уже в 20-х гг. Коллеги далеко не всегда были в восторге от диоровских творений. Баленсиага считал работу Кристиана Диора с тканями ужасной. Суровее всех была Шанель: «Диор?
Он не одевает женщин, он их набивает». Тем не менее, при показе каждой коллекции к нему сбегался весь Париж.
Создавая эскизы для очередной коллекции, Диор на несколько дней запирался в рабочем кабинете. Нервы его в этот момент были так напряжены, что прислуга ходила по дому в меховых тапочках. Ассистенты дежурили у дверей кабинета. Наконец появлялся маэстро с грудой эскизов в руках, и они тут же поступали в обработку. Диоровские коллекции никогда не строились вокруг одной идеи.
Обычно кутюрье выбирают один-два базовых замысла, а затем начинают варьировать их в коллекции. Диор же давал свою линию в необычном разнообразии, скромно заявляя, что базовых тем у него бывает не больше 12. После строжайшего отбора эскизов утверждались только модели, отмеченные подлинным вкусом и, главное, тем, что могло поразить современников, — предвидением будущего. Не случайно вскоре имя Диора сделалось синонимом парижской моды и остается таковым до сих пор.
Диор прекрасно понимал, для кого он работает: «Женщина становится самой привлекательной к 35 годам, когда проходит ее первая молодость, расцветает её ум и она нуждается в шике»; «Каждый возраст имеет свой образ в зеркале правды. Модельер стремится создавать одежду, отталкиваясь от самого себя, от своей индивидуальности, он стремится выразить в конкретных формах массовый вкус раньше, чем он окончательно оформится.
Своё вдохновение он ищет в путешествиях, в тиши уединения… или работая с тканями». Лучше о философии моды не скажешь. С появлением стиля нью-лук Париж снова признали столицей моды. Диор был полон творческих идей. Он чувствовал, как женщины хотят выглядеть, и предлагал желанный им образ в тот самый момент, когда они были готовы его принять.
Чтобы интерес к моде не ослабевал, Диор изобретал новые силуэты каждый год: «Corolle», «Vertieale», «Muguet» и др. В 1954 г. новая линия обозначалась «Н» (от англ. haricot vert — «зелёная фасоль»), а журналисты называли ее flat look — «прямой взгляд». Модели этого, второго поколения были примерно одинаковы по ширине в плечах и бёдрах. В 1955 г. была представлена линия «Y».
Силуэт напоминал треугольник — вернулись подплечники. Уже после смерти Диора Ив Сен-Лоран показал задуманную вместе с мастером линию «Трапеция», которая через год превратилась в линию «А» — силуэт, равномерно расширяющийся книзу (перекладина буквы А соответствовала заниженной талии).
Юбки менялись от узких до пышных, но длина их оставалась скромной, всегда ниже колен. Ни один человек не в состоянии искусственно изменить моду. Она изменилась потому, что женщины опять захотели выглядеть женственно. Именно поэтому они приняли нью-лук. Эти изменения соответствовали общему изменению мироощущения, изменению обшей атмосферы.
Моду нельзя навязать», — считал Диор. Другие модельеры нередко копировали в своих коллекциях диоровские силуэты, особенно А-силуэт, к которому мода в последующие десятилетия неоднократно возвращалась.
Диор никогда не страдал мелким самолюбием, свойственным даже большим знаменитостям. Он восхищался Шанель и Вионне. Но и у него имелась маленькая слабость. Диор был суеверен и не предпринимал никаких серьёзных шагов, не посоветовавшись с личной предсказательницей — мадам Делахайе.
Именно за ней оставалось последнее слово в решении согласиться на предложение Буссака и открыть собственный Дом. Диор был не только великим кутюрье, но и прекрасным бизнесменом. Когда он в 1947 г. приехал в Америку для получения «Оскара» в области дизайна, то увидел, что этот рынок таит в себе много таких возможностей, о которых не подозревали другие кутюрье.
1949 г. Кристиан Диор изобрёл лицензирование. Он стал продавать право ставить свой фирменный знак, владельцы лицензии должны были либо работать в стиле мастера, либо просто копировать его модели. Как и все крупные кутюрье, Диор наряду с одеждой продавал аксессуары и парфюмерию. Его первыми духами в 1947 г. стали «Miss dior», затем к ним прибавились «Diorama» в 1949 г. и «Diorissimo» в 1956 г.
Помимо прочего, Кристиан Диор создавал специальные коллекции для зарубежных филиалов. Таким образом, ему приходилось разрабатывать до 1000 моделей в год. Тяжёлый труд не мог не сказаться на состоянии здоровья маэстро, его нервная система всё время была перенапряжена. Посторонние этого не видели, разве что замечали, что Диор сильно похудел.
Вдобавок он хотел пройти ещё и специальный курс похудения. Предсказательница всячески отговаривала его, но впервые в жизни маэстро не послушал её совета и уехал на курорт в Италию. Там в ночь на 24 октября 1957 г. его сердце остановилось. Мир моды был потрясён.
Во главе фирмы поставили никому не известного ассистента. Звали его Ив Сен-Лоран. Через три года его сменил племянник Диора Марк Боан, который на протяжении нескольких десятилетии достойно продолжал традиции Дома.
Сегодня фирму Диора возглавляет Джон Гальяно — очень талантливый английский авангардист, но его работы имеют весьма мало общего с традициями и стилем Дома Диора.
